Правосудие и справедливость : монография / М. И. Клеандров. 3-е изд., перераб. и доп. 2025. 624 с. DOI 10.12737/2188395
В третьем издании монографии рассматриваются более углубленно, по сравнению со вторым изданием, фундаментальные проблемы правосудия с точки зрения необходимости обеспечения организационно-правовыми средствами справедливости в правосудной деятельности судебных органов и судей. Исследуются проблематика исторических, самых древних начал возникновения справедливого правосудия и его влияние на возникновение человеческой цивилизации, философских, социологических, правовых и иных подходов к пониманию справедливости и механизма правосудия; проблематика правосудия в системе действующего законодательства, в том числе в условиях неопределенности правовых норм, в рамках судейского усмотрения, при судейском право- и нормотворчестве; проблематика доказательств в судопроизводстве; проблемы справедливого правосудия в экстремальных условиях; в качестве вектора будущего — проблемы справедливости правосудия, осуществляемого искусственным интеллектом; проблема справедливости смертного приговора; факторы субъективного свойства, влияющие на справедливость выносимых судьями судебных актов, и т. д. Вносятся предложения, направленные на совершенствование механизма справедливого правосудия: разукрупнение существующей системы судов общей юрисдикции, создание качественно новых судебных органов, образование Совета судебной власти РФ и др.
Для работников законодательных, судебных и правоохранительных органов, действующих судей и желающих стать ими, ученых, преподавателей, аспирантов, магистрантов и студентов юридических вузов, а также для практикующих юристов.
764227.05.01
Содержание
Предисловие к третьему изданию 5
Введение 12
Глава 1. Потребность в справедливом правосудии как основа образования человеческой цивилизации. Роль справедливого правосудия в изначальной истории человечества 19
Глава 2. О понимании справедливости 31
2.1. Общие подходы к пониманию справедливости 31
2.2. О понимании социальной справедливости 42
2.3. Философские подходы к пониманию справедливости 50
2.4. Философско-правовые подходы к пониманию справедливости 58
2.5. Общеправовые подходы к пониманию справедливости 67
Глава 3. О понимании правосудия 92
3.1. Общие подходы к пониманию правосудия 92
3.2. Структура организационно-правового механизма правосудия 98
3.3. О самоощущении судьи при несовершенстве его статуса как проблеме обеспечения справедливости правосудия 112
Глава 4. Действующее законодательство и проблемы справедливости правосудия 132
4.1. Общая оценка законодательно-нормативной базы 137
4.2. Проблемы ведомственно-отраслевого нормотворчества и «регуляторная гильотина» 151
4.3. Верховный Суд РФ — высшая судебная инстанция, обеспечивающая в судебном процессе справедливость правосудия 166
Глава 5. Неопределенность правовых норм и проблемы справедливости правосудия 197
5.1. Неопределенность правового регулирования и ее преодоление Конституционным Судом РФ 204
5.2. Проблематика вины юридического лица в механизме справедливого правосудия 229
5.3. О ситуациях невозможности защиты прав при неопределенности правовых норм 236
Глава 6. Судейское усмотрение и справедливость правосудия 246
6.1. О понимании судейского усмотрения 246
6.2. Справедливость правосудия в рамках судейского усмотрения 271
Глава 7. Судейское право- и нормотворчество и справедливое правосудие 288
7.1. Об объективной необходимости судейского право- и нормотворчества 288
7.2. Значение судебного акта для законодателя 301
Глава 8. О доказательствах в механизме справедливого правосудия 318
8.1. Общая оценка проблемы доказательств в праве 318
8.2. О справедливости правосудия при доказанности или недоказанности совершенного подсудимым инкриминируемого деяния 331
8.3. Абсолютные доказательства как будущая основа вынесения справедливого судебного акта 346
Глава 9. О справедливости правосудия в экстремальных условиях 359
9.1. Об «экстремальном» регулировании в экстремальный период 360
9.2. Международное регулирование общих ограничений и механизм правосудия в зарубежных государствах в период коронавирусной пандемии 373
9.3. О совершенствовании механизма «экстремального» правосудия 381
Глава 10. О справедливости правосудия, осуществляемого судьей — искусственным интеллектом (вектор будущего) 391
10.1. Предпосылки для нового (цифрового) субъекта права 391
10.2. О цифровизации механизма правосудия 404
10.3. Преимущества ИИ-судьи перед судьей-человеком, и наоборот 412
10.4. Справедливое правосудие — исключительно удел судьи-человека 419
Глава 11. Смертный приговор суда и справедливость 426
Глава 12. Субъективное восприятие судьей решения задачи осуществления правосудия на началах справедливости 445
12.1. Субъективные факторы, влияющие на справедливость судебных актов 445
12.2. Проблемы оценки эффективности правосудной деятельности механизма правосудия 472
Глава 13. Общие направления совершенствования механизма справедливого правосудия 485
13.1. О необходимости изначальной предрасположенности желающего стать судьей к справедливости 488
13.2. Коллективный разум в механизме правосудия как фактор укрепления справедливости 494
Глава 14. Новые суды, которых нет, но которые нужны для справедливого правосудия 508
Глава 15. Обоснование необходимости создания Совета судебной власти РФ — конституционного органа, обеспечивающего независимость и справедливость правосудия 575
Предисловие
Нет сомнений в том, что каждый человек планеты Земля, включая жителей России, хотел бы жить в счастливом обществе. Но никакие достижения земной цивилизации в сфере экономики, политики, технологии, образования, науки (включая будущие: киборгизацию и чипизацию человека, овладение телепатией, телекинезом, телепортацией, движением в космосе со сверхсветовыми скоростями, трансмутацией элементов и проч.) не сделают граждан страны любой формы государственного устройства и любой общественно-экономической формации счастливыми, если в обществе будет недоставать справедливости.
Для россиян справедливость издревле была категорией сакральной. Ф. М. Достоевский утверждал: «Высшая и самая характерная черта нашего народа — это чувство справедливости и жажда ее». За справедливость (за правду) россияне стрелялись на дуэли, шли на эшафот, поднимали восстания, уходили в глухую тайгу... Можно сказать, справедливость — главная русская идея и народная мечта.
Вряд ли во всем мире можно найти государство, граждане которого с уверенностью оценили бы его как справедливое. Вряд ли и наше государство можно посчитать справедливым (во всей полноте индикативных показателей) на каждом этапе его исторического развития. Да и цель обеспечить справедливость в общественных отношениях в России никогда не ставилась — ни в древнерусских государственных образованиях, ни в Российской империи, ни в СССР, ни в постсоветской России. Не ставится она и сегодня — нет ее в Конституции РФ со всеми ее дополнениями; а в стратегию развития России до 2030 г. включены, как известно, пять главных направлений: демография, здоровье, экология, цифровизация и труд, но обеспечения справедливости, прежде всего социальной, там также нет.
Между тем социологические исследования нескольких последних лет, проводимые Федеральным научно-исследовательским социологическим центром РАН (ФНИСЦ РАН), ВЦИОМ, Левада-Центром, Комитетом гражданских инициатив, Фондом Карнеги и др., показывают, что в числе ключевых для граждан России ценностей доминирует справедливость, а запрос в обществе на справедливость вытеснил даже запрос на сильную власть. Еще в 2013 г. М. К. Горшков, в то время директор Института социологии РАН, отметил, что наше общество «идею справедливости» возводит во главу угла (это видно в ходе соцопросов уже не первый десяток лет). А летом 2018 г. он уже в качестве руководителя ФНИСЦ РАН высказался образно: «Но если бы граждане могли, то на знаменах любой расцветки они бы аршинными буквами написали одно слово “СПРАВЕДЛИВОСТЬ!!!”. Именно так, прописными буквами с восклицательными знаками, докуда транспаранта хватит. Таков главный запрос, который люди выдвигают к власти. Борьба за справедливость, за единый для всех закон и равенство шансов — то, чего они в первую очередь ждут от любых властных персон».
В качестве примера такой «властной персоны» можно назвать губернатора Тюменской области А. В. Моора, который в ноябре 2018 г. в первом после его назначения послании областной Думе и жителям области отметил: «Справедливость является самым главным внутренним запросом нашего общества, а равенство — одна из важнейших граней этого понятия».
Выступая на Десятом, юбилейном, Санкт-Петербургском международном юридическом форуме в конце мая 2022 г., Председатель Конституционного Суда РФ В. Д. Зорькин прямо сказал: «У общества за тридцать лет реформ накопился колоссальный запрос на социальную справедливость, подогреваемый информацией о коррупции чиновников и о вызывающе демонстративном потреблении представителей крупного российского бизнеса, сделавших свое состояние на приватизации общенародной собственности. Даже видавший виды Запад шокирован количеством их дворцов и размерами их яхт».
Из сказанного следует сделать вывод: в нашем обществе справедливости недостает (как, впрочем, и во всех иных). Безусловно, обеспечить справедливость в общественных отношениях должно государство, а иначе зачем обществу государство. Но каких-либо шагов в этом направлении со стороны государства не наблюдается ни в сфере политики, ни в сфере законотворчества, ни в какой иной, во всяком случае там, где государственные институты объявили бы: тот или иной наш шаг направлен на обеспечение справедливости в тех-то и тех-то сферах. А самоустранение государства в этом вопросе с неизбежностью влечет за собой рост несправедливости в общественных отношениях. И никакие общественные и иные негосударственные институты этот рост не остановят, тем более не обратят его вспять без властно-организующих усилий государства, его органов и институтов.
Наше государство, безусловно, не должно быть «токсичным» по отношению к обществу, к народу. Это означает, что оно должно избегать решений и действий, противонаправленных чаяниям народа в плане торжества справедливости в общественных отношениях, тем более разделяющих общество и разрушающих в нем стабильность. Наоборот, и это нужно подчеркнуть, практически все без каких-либо исключений органы публичной власти должны в своей деятельности обеспечивать справедливость в сферах их полномочий.
Вместе с тем есть основания полагать, что полностью бесконфликтных сообществ людей не бывает. Такова природа человека, несмотря на то, что о жизни без конфликтов мечтали древние греки (Геродот, Платон), древние китайцы (Лао-Цзы, Конфуций) и др. Наоборот, Фейербах считал конфликты основой жизнедеятельности людей. Может, он и прав, конфликты — это также один из способов развития общества, ибо у людей точки зрения по любому предмету совпадают редко, а их несовпадение и есть основа возникновения межличностных конфликтов. Иное дело — как их разрешать.
Поэтому главными, центральными в совокупности органов публичной власти, обеспечивающих справедливость, являются суды — и в нашей стране, и за рубежом. Так было раньше, так есть и сегодня. Несомненно, так будет и в будущем, поскольку темпоральный фактор в правосудной деятельности судебных органов ни в коем случае недооценивать нельзя, ведь здесь формируется вектор совершенствования механизма правосудия, обеспечивающего справедливость, защищающего нарушенные права и законные интересы тех, справедливость в отношении которых порушена, и восстанавливающего ее.
А для самой судебной ветви государственной власти это означает необходимость непосредственно вершить справедливое правосудие, ибо справедливость для наших людей, как сказано выше, сакральна, а справедливость в правосудии сакральна вдвойне. Несправедливый суд ни обществу в целом, ни отдельным его слоям, ни каждому отдельному человеку не нужен. Более того, он не нужен и государству в целом, он попросту компрометирует и дискредитирует само государство, включая все ветви государственной власти и все его институты. Вообще правосудие только тогда является правосудием (правым судом), когда оно изначально, в самой своей глубинной сути справедливо, а когда оно несправедливо — это не правосудие, у него есть масса иных негативных наименований. И это не семантика, это вообще не филологический изыск, это фундаментальная сущность права.
Отсюда чем справедливее правосудие, тем эффективнее судебная ветвь государственной власти, соответственно, сама государственная власть, само государство, благодаря чему народ больше уважает такое государство и его руководителей. И наоборот, чем менее справедливо правосудие, тем меньше народ уважает государство с таким механизмом правосудия и таким руководством. Не весь без исключения народ, разумеется, ибо неправедно обогатившиеся, например, ценят государство со слабым правосудием, ведь оно не мешает и даже помогает им грабить других. Но это лишь означает: справедливое правосудие обеспечивает справедливость в экономике, социальной и иных сферах, а неправедно обогащающихся соразмерно наказывает.
Какова сегодня оценка нашим обществом справедливости механизма правосудия? Социологические опросы показывают, что положение дел в этой сфере в последнее время можно считать удручающим, более того — ухудшающимся.
Так, по данным Фонда «Общественное мнение», деятельность российских судов и судей положительно оценивают 25%, отрицательно — 41% жителей страны; около 45% участников общероссийского опроса уверены, что часто выносятся несправедливые приговоры, 32% убеждены, что такое случается редко; при этом негативные оценки судебной системы подтверждают и опросы Федеральной службы охраны РФ. Опрос Левада-Центра, проведенный в 2019 г., показал, что увеличился процент входящего в первую тройку гражданских прав права на справедливый суд — с 50% в 2015 г. до 64% в 2019 г., а частота упоминаний несправедливости судов среди острых общественных проблем возросла в 2020 г. по сравнению с 2005 г. вдвое. Исследования РАНХиГС показали: опрошенные не верят, что в судебной системе можно добиться какой-то справедливости, и таковых в 2018 г. 52,4%, что, впрочем, мало отличается от показателя 2003 г., когда таких было 54,3%.
Разумеется, эта картина не отражает абсолютно и реально фактическое отношение опрошенных к нашему механизму правосудия — насколько он справедлив, а насколько несправедлив. Многое зависит от формулировок вопросов, круга опрашиваемых (их социального положения, возраста, пола и множества иных факторов), уровня репрезентативности исследования и проч. Но то, что наше общество считает современный механизм правосудия в немалой мере несправедливым, — это факт. Впрочем, и за рубежом положение дел в этой сфере похоже: по данным Института Гэллапа, уровень доверия населения США и стран Европы в этом плане снизился с 40—50% в 1970‑х гг. до 25—30% в 2017 г.
Все сказанное означает, что за создание механизмов, обеспечивающих справедливость в общественных отношениях, нужно бороться. Наверняка настоятельная потребность в справедливости зародилась в первобытных человеческих обществах, о чем сказано в гл. 1 данной монографии. И жажда справедливости — можно быть в этом уверенным — периодически просыпалась, набирала обороты, а затем в силу самых разных причин затихала, чтобы вскоре вновь проснуться под лозунгом «Справедливость любой ценой, во что бы то ни стало...».
При этом очевидно: справедливость нередко существует (точнее, значится) в модальности долженствования, но отсутствует в реальности. Хотя подлинные борцы за справедливость явно не могут не разделять мысль Ш. Монтескье: «Несправедливость по отношению к одному представляет угрозу для всех».
Разумеется, обеспечить подлинную справедливость в общественных отношениях одними лишь правовыми средствами невозможно. Но свою лепту в этот процесс соответствующий организационно-правовой механизм государственной власти внести может и должен. Однако без должного научного обеспечения это не только практически, но даже абстрактно-теоретически совершить невозможно, да и без реализации научного принципа предварительного проектирования здесь не обойтись.
В Древней Греции (точнее, в государстве-полисе Афины), где было, как известно, великое множество богов, каждый из которых «отвечал» за что-то конкретное, существовал оригинальный бог Мискеллани, который был богом неизвестных людям явлений, упущенных вариантов развития событий, всего того, что люди не знают, еще не придумали, не изобрели. То есть бог Мискеллани «отвечал» за то, чего люди, в него верящие, не знали... Чем не бог фундаментальной науки?
Данное научное исследование как раз и представляет собой попытку осмысления проблемы обеспечения справедливости в общественных отношениях в главном ее сегменте — в механизме правосудия, и не только ее осмысления, но и внесения предложений о путях ее решения. Как бы пригодилась здесь помощь древнегреческого бога Мискеллани!
Строго говоря, основной вопрос, поиску ответа на который автор посвятил настоящий труд (результат нескольких десятилетий — с большими и малыми перерывами — научной деятельности), таков: можно ли в обществе (нашем прежде всего) обеспечить справедливость (повысить ее уровень) правовыми средствами, в первую очередь судом, механизмом правосудия не в его сегодняшнем состоянии, а в более совершенном? И что для этого нужно? Ведь цель развития государства (во всяком случае, нашего) — создание справедливого общества, что невозможно без справедливого правосудия.
При этом следует учитывать, что бесконфликтного, бесспорного общества еще долго не будет — ни в нашей стране, ни в глобальном масштабе. Но в деле разрешения острых споров, ссор и конфликтов, прежде всего межличностных, главную роль, как и сегодня, еще долго будут играть суды, которые в своей правосудной деятельности будут опираться на положения прежней парадигмы, сформулированной поэтом М. А. Найдышевым: «Что тебя на белом свете / Ожидает впереди? / Все прописано в Завете: / Не убий, не укради!» И автор в данной работе постарался, не останавливаясь на частностях, на тактике, определить стратегические, фундаментальные проблемы совершенствования механизма справедливого правосудия, а также предложить пути их решения с ориентацией не на сегодняшний день, а на будущее.
Автор осознает, что не каждый читатель согласится с изложенным в данной работе. И это естественно: подобная проблемная тематика фундаментального характера не терпит единомыслия, более того, единомыслие здесь вредно, ибо лучшая точка зрения может быть выбрана лишь из нескольких. Не все многообразные и многочисленные аспекты проблемы рассмотрены. Вместе с тем автор надеется, что данная работа (квинтэссенция его многолетних научных усилий, воплощенных в более чем десятке монографий и не одной сотне иных научных публикаций) окажется полезной для дальнейшего развития юридической науки, законодательства, правоприменительной практики и учебного процесса.